Площадь Кодзяса (а точнее - Костаса Кодзяса) носит имя мэра города: Кодзяс занимал этот пост с 1934 по 1936 годы и в 1951 году, и остался знаменит в истории Греции своими фашистскими идеями, своими фашиствующими книгами, а также тем, что в 1936 году встречал на аэродроме и принимал в городе самого Генриха Геббельса!
Имя мэра-фашиста напрочь срослось с площадью: ни старые названия - площадь Людовика, площадь Народа, ни новое и последнее - площадь Национального Сопротивления (с 1976 года) - не прижились. На «народную волю» не повлиял даже тот факт, что Костас Кодзяс принял деятельное участие в пронемецкой попытке свержения режима Иоанниса Метаксаса - того самого, который в 1940 году ответил итальянцам гордым «ОХИ» на требование о капитуляции, и вообще, являясь горячим сторонником Бенито Муссолини и Адольфа Гитлера, не раз посещал обе колыбели фашистской идеологии - Италию и Германию. Костас Кодзяс умер в 1951 году, только-только сев во второй раз в кресло столичного городового. На этом можно было бы и закончить лаконичный рассказ о «Городовой» площади столицы, сохранившей имя своего самого незначительного мэра, если бы не еще один «подвиг» Костаса Кодзяса, который коренные афиняне не могут ему простить: снос Муниципального театра - классической архитектурной жемчужины, выстроенной по чертежам самого Эрнеста Чиллера. Кстати, когда театр был выстроен, площадь на какое-то время стала называться «Площадью Театра».
У Муниципального театра вообще была трагическая судьба. Его строительство началось еще при короле Оттоне, в 1857 году, по чертежам французского архитектора Буланже, но приостановилось, благодаря интригам хозяина первого и единственного в ту эпоху афинского театра. Муниципалитет вернулся к идее создания своего театра в 1871 году, поручив чертежи Эрнесту Чиллеру, и благодаря финансовой помощи мецената Андреаса Сингроса строительство театра завершилось в 1888 году.
После Малоазийской катастрофы и прибытия в Грецию тысяч греков-беженцев с берегов Турции, муниципалитет отдал Театр под приют и больницу - с печальными для театра последствиями...
Кончилось все тем, что мэр Афин Костас Кодзяс принял решение о его сносе: решение было приведено в исполнение в 1939 году, перед самой войной, а после внезапной смерти Костаса Кодзяса в 1951 году площадь, называемая в народе Площадью Театра, стала называться именем этого современного варвара.
На площади Кодзяса нет более ни Театра, ни садов, заботливо высаженных перед архитектурным шедевром Чиллера. Слава Богу, нет более и бюста самого Кодзяса...
Евгения Кричевская
Источник "Наша газета"





